Ответы на вопросы

— Про постриге в монашество обязательно ли дают новое имя? Почему нельзя быть монахиней с тем же именем?

— Бывают случаи, когда оставляют то же имя. Но почему дают новое имя при постриге в монашество? Потому что умирает прежний человек, умирает совершенно, со всеми своими привязанностями, привычками. По крайней мере, он очень сильно старается, чтобы все его прежнее умерло. Он не хочет ничего помнить о своей прежней жизни: ни хорошего, ни плохого. И ему символически дается новое имя, потому что рождается новый человек, который желает жить совершенно по-другому, по-новому. Я бы даже при крещении давал новое имя. В древности так и было. Все приходили креститься со своими языческими именами. Князь Владимир, княгиня Ольга при крещении получили новые имена. Мы должны умереть для земного и жить для Христа. Это большая радость, не трагедия, не горе. Во всем нашем земном очень много неправды, недоразумений, скорбей, ссор, обид. И все это лежит тяжелым багажом в нашей памяти, в нашем сердце и отравляет нам жизнь и памятью, и сегодняшними делами. Мы выходим с литургии в прекрасном, светлом, добром настроении, нам так и хочется всех обнять, всех простить, никому не делать зла. Но буквально через час или, может быть, даже раньше лезет из нас наша падшая греховная натура, и наше настроение изменяется к худшему. Почему мы все такие мрачные? Почему мы все такие угрюмые? Потому что в нас грех. В Орске была одна пожилая монахиня — она уже умерла, — у которой была астма и еще букет всякий болезней. Я к ней приезжал — она прямо задыхалась перед причастием — настолько себя плохо чувствовала, тяжело страдала. Я у нее спрашиваю: «Матушка, что у вас так болит?» Она мне всегда отвечала: «Грехи мои болят». Действительно, так оно и есть. Грехи наши очень сильно болят. Почему Серафим Саровский всегда был радостный? Почему Порфирий Кавсокаливит, имея такую страшную болезнь, как рак, всегда был светел, радостен, весел. Каждый день для него был радостью. Потому что внутри было хорошо, приятно, чисто, не было конфликта. Когда монахиню постригают, ей дают новое имя, чтобы совершенно умер прошлый человек. Я своим монахиням говорю: «Даже грехи свои не вспоминайте. Это другая согрешила — все, забудьте. Нет в вас этого, памятью о грехах не пачкайте свое сердце, свой ум». По-моему, когда ангелы несли на небеса Макария Великого, и бесы стали приступать, говорить, что у него был такой-то грех в его жизни, ангелы спросили: «Это было до пострига или после?» Бесы отвечают: «До пострига». Ангелы говорят: «Тогда он свободен. Это другой человек, и тот грех другого человека». Это очень высоко, благородно, величественно — монашеский постриг. Но это, конечно, требует подвига. Даже ступить на это поприще — большой подвиг, потому что сильно мы привязаны ко всему земному. Почему мы еще так страшимся смерти? Потому что терять страшно все, к чему привязаны.

— Почему так бывает: когда идешь к чаше ко причастию, чувствуешь себя очень грешным и возникает сомнение, а достоин ли я сейчас причащаться? Как верно духовно поступать в таком случае?

— Я думаю, когда вы к чаше идете, уже ничего не нужно думать. Держите в уме только «Господи Иисусе Христе, помилуй мя». В наши думы всегда может войти сатана со своими искушениями, смутить нас перед причастием, напомнить что-то нехорошее. Не надо идти к причастию, думая о своих грехах. В этот момент нужно думать о Христе. Ты идешь ко Христу и должен быть радостным, должен трепетать от того, что сейчас соединишься со Христом. Ничто не должно отвлекать от этого соединения со Христом. Ты идешь и вообще ничего не думаешь — на небе ты или на земле, кто вокруг тебя, что завтра будет, что через час, что было вчера. В этот момент никакого покаяния не нужно. Нужно только «Господи Иисусе Христе, помилуй мя». Если бы Господь причащал по заслугам, никто бы на земле не причастился. По большому счету, мы все недостойны. Кто может сказать, что достоин? Только сумасшедший или слишком гордый. А гордый — это и есть сумасшедший. Мы причащаемся по милости Божьей. Готовится к причастию нужно обязательно.

— Как отличить истинное смирение от ложного?

— Истинное смирение много не рассуждает. Вы сейчас хотите отличить истинное смирение от ложного, хотите получить какую-то формулу, сложную, словесную. Истинное смирение простое, естественное, оно ни о чем не думает, смиряется и все. Где много дум, много мыслей, там и лукавый вмешивается. Не надо отличать истинное от ложного, иначе вы всю свою духовную жизнь будете в этих рассуждениях находиться. Не рассуждайте, а смиряйтесь. Кто нам предлагает порассуждать? Сатана подходит к нам и говорит: «Давай порассуждаем». Тогда как надо делать дело духовное: молиться, трудиться, смиряться. А бес предлагает порассуждать. И в этом рассуждении он нас запутывает совершенно. И мы становимся ни к чему не годными.

— Как избавиться от обидчивости?

— Это очень сложно. Тот, кто много терпел, тот научается опытом избавляться от обидчивости. Тот, кто много раз пытался справиться с нею, у него все лучше и лучше получается. Это сложно — избавиться от обидчивости, но возможно. Нужно пробовать и пробовать. Сегодня не получилось, завтра, год не получается, но ни в коем случае не надо махать рукой: дескать, не получается и не получится. Получится. Терпите и в сотый, и в тысячный раз, и старайтесь с этим что-то делать. Чем больше будете терпеть, чем больше пробовать, тем скорее начнет потихонечку получаться. Нет такой таблетки, не такого рецепта, чтобы по мановению руки от вас обидчивость ушла. Обидчивость, как и гордость, как и все остальное, в нас сильно укоренились. Это свойства нашей падшей души. Нужно очень много труда и терпения. И стараться не обижаться, а если обиделся, постараться прощения попросить. А если не получается прощения попросить, хотя бы не думать целый день на эту тему. Есть очень хорошее средство, которое помогает с обидчивостью справляться. Не рассказывайте никому о своем конфликте, о своей беде. Хотя бы внутри у себя это погасите. Когда мы начинаем рассказывать о своей обиде, и нас начинают поддерживать, жалеть, она начинает все больше в нас развиваться. Не нужно этому костру дров давать. Нужно об этой обиде меньше думать, пойти поисповедаться, если она тяготит сердце. Выбросьте ее на исповеди и после старайтесь не помнить о ней. Память об обиде выкиньте из своего сердца. Это не просто заповедь, это касается нашего счастья. Обиженный человек идет по жизни мрачно, ему очень грустно, а если он каждый день обижается, причем на всех, то у него ад на земле начинается. Он все время обижен. Есть такие наивные люди, которые никогда не обижаются. У них улыбка до ушей все время на лице. Я бы завидовал таким людям. Лучше быть дураком, но веселым, чем умным, но постоянно грустным.

Богу нашему слава...